Обоснование. Установление причины смерти при судебно-медицинском исследовании трупов, извлечённых из воды, представляет сложную экспертную задачу. Диагностический алгоритм основывается на комплексной оценке специфических морфологических признаков утопления, общих асфиктических проявлений, а также данных лабораторных исследований. Однако степень их диагностической значимости нередко вызывает сомнения.

Цель исследования. Оценка диагностической значимости морфологических признаков утопления на основе анализа их частоты и статистической вероятности по архивным данным Бюро судебно-медицинской экспертизы Московской области за 2017–2019 гг.

Методы. Проведено наблюдательное одноцентровое ретроспективное выборочное исследование. Анализировали архивные данные секционного, гистологического, альгологического и судебно-химического исследований случаев утопления в Московской области в период с 2017 по 2019 год. Регистрацию исходов осуществляли путём создания базы данных (Microsoft Excel). Качественные признаки представлены в виде абсолютных и относительных величин с указанием 95% доверительного интервала. Для их сравнения использовали χ² Пирсона; для попарного сравнения — поправку Бонферрони. Распределение количественных признаков оценивали с применением критерия Шапиро–Уилка. Статистически значимыми считали различия при p <0,05.

Результаты. Из общего числа утонувших (n=179) 81% составили мужчин. Медианный возраст всех погибших 42 года [29; 57]. В 69,8% случаев результаты судебно-химического исследования крови и мочи на наличие этилового спирта были положительными. По данным архивных заключений судебно-медицинских экспертов Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», наиболее часто встречали (≥50%) следующие диагностические признаки утопления: пятна Рассказова–Лукомского–Пальтауфа (89,9%), признак Свешникова (84,4%), пена в просвете трахеи и бронхов (75,4%), эмфизема, «влажное вздутие» лёгких (87,2%) и их отёк (57,5%), отпечатки рёбер на поверхности лёгких (53,6%), кварцсодержащие минеральные частицы в содержимом пазухи клиновидной кости (76,0%) и полости левого желудочка (68,2%) в сочетании с общими асфиктическими проявлениями. Статистически значимых различий между частотой встречаемости диагностических признаков утопления, массой лёгких и степенью алкогольного опьянения не выявлено. Ни один из установленных признаков утопления не обеспечивает абсолютной точности диагностики. На основании анализа их частоты встречаемости разработан пилотный проект компьютерной программы для оценки вероятности утопления.

Заключение. Только комплексный подход и совокупная оценка признаков при их корректной интерпретации могут обеспечить формирование доказательной базы экспертных выводов о причине смерти лиц, извлечённых из воды.

论证：在法医学鉴定中确定从水中打捞出的死者死亡原因是一项复杂的鉴定任务。诊断流程通常基于对特异性溺水形态学特征、一般性窒息表现及实验室检测结果的综合评估。然而，各特征的诊断学意义仍存在一定争议。

目的：基于2017–2019年间Bureau of Forensic Medical Examination of the Moscow Region的档案数据，通过分析溺水形态学特征的出现频率和统计概率，评估其诊断意义。

方法：进行单中心观察性回顾性抽样研究。分析2017–2019年间莫斯科州溺水案件的尸检、组织学、硅藻学及法医化学检测档案资料。通过建立数据库（Microsoft Excel）记录研究结果。对定性变量以绝对数和相对数及其95%置信区间表示。组间比较采用Pearson χ2检验，成对比较采用Bonferroni校正。定量变量分布采用Shapiro–Wilk检验。以p<0.05为差异具有统计学意义的标准。

结果：共纳入溺水死亡者（n=179），其中男性占81%。总体中位年龄为42岁［29；57］。 在69.8%的病例中，血液与尿液法医化学检测显示乙醇阳性。根据Bureau of Forensic Medical Examination专家的档案结论，最常见的溺水诊断指标（≥50%）包括： Paltauf斑（89.9%）、Sveshnikov征（84.4%）、气管及支气管腔内泡沫（75.4%）、肺气肿与“湿性膨胀”（87.2%）、肺水肿（57.5%）、肺表面肋骨压痕（53.6%）、蝶窦及左心室腔内含石英的矿物颗粒（分别为76.0%与68.2%），以上征象常伴随一般性窒息表现。未发现溺水诊断特征的出现频率与肺质量或酒精中毒程度之间存在统计学显著差异。任何单一溺水特征均无法确保绝对诊断准确性。基于特征出现频率，研究开发了用于估算溺水概率的计算机程序初步模型。

结论：只有通过综合性分析并结合对特征的正确解释，才能建立关于从水中打捞出的死者死亡原因的可靠证据体系。